Историческое: брови из мышиных шкурок и восковые перси...

Зубы из слоновой кости и парики, пламперы и губы, пропитанные хной, накладные брови из мышиных шкурок и бюсты "на пружиках" - таков арсенал красоты дам прошлого. Вашему вниманию представлен экскурс в исторические ухищрения высшего света XVII - XIX веков.

Уж если медь, гранит, земля и море
Не устоят, когда придет их срок,
Как может уцелеть, со смертью споря,
Краса твоя – беспомощный цветок?
 

– сокрушался Шекспир в таком далеком от нас XVI веке. Но уже тогда – и раньше – светлые головы стремились укрепить позиции "беспомощного цветка" в споре с жестоким временем. Увы, тогда человек, достигший 30 лет, не считался молодым вовсе не потому, что продолжительность жизни была намного короче.

Жили почти столько же, сколько и сейчас – посмотрите на даты жизни исторических лиц. Конечно, умирали и молодыми, но чаще от болезней, которые тогда не умели лечить.

Просто в те времена, когда "половина женщин умирала родами, а половина детей – в младенчестве" - по утверждению М. Дрюона, - гигиена находилась в плачевном состоянии, а различные болезни, так или иначе, оставляли свои знаки на лице и теле. Так что к этим же 30 годам этих знаков и последствий нечистоплотности собиралось достаточно, чтобы испортить даже прекрасные от природы внешние данные.

И первое, что говорило о неумолимости перемен, – это жалкий беззубый рот. Проблема эта не обходила ни бедных, ни богатых. А с дантистами тогда было туго: профессия была не престижной. Еще в XIX веке в Англии не принимали в обществе хирургов и дантистов из-за того, что они "работали руками". В случае с дантистами дело осложнялось еще и тем, что были они сродни палачам: в эпоху средневековья зубы иногда удаляли преступникам по приговору суда. Так что стоящего профессионала найти было сложно. Зато широко практиковали всякие горе-лекари, которые заставляли больного сидеть с открытым ртом по нескольку часов против луны, поскольку лунные лучи должны были оказывать благотворное влияние на больные зубы. Возможно, из-за подобного лечения, практиковавшегося в 17 веке, Король-Солнце остался без зубов к 29 годам.

Но, к его счастью, были уже в ходу изобретения гениального цирюльника Амбруаза Паре, придумавшего много чего полезного, и, в том числе, — искусственные зубы, которые делали из слоновой или бычьей кости. (В средневековье чаще довольствовались деревянными протезами - думаю, такая улыбка в буквальном смысле могла обезоружить). Изобретение Паре укрепляли на соседних зубах с помощью золотой проволоки. Идею золотой проволоки Паре позаимствовал у итальянских собратьев по профессии, которые пломбировали зубы золотом с 15 века. Хотя вообще-то искусство изготовления зубных протезов было известно этрускам, финикийцам и грекам. Вставные зубы делали обычно из костей животных. Но протезы из слоновой кости могли в любой момент выпасть изо рта, поскольку не имели фиксирующих пружин и спиралей. Их изобрел в XVIII столетии цирюльник Фошар, ставший прославленный парижским дантистом. В 1728 году он изобрел бормашину, а за пять лет до этого опубликовал сочинение, в котором описывал не только болезни зубов, но и приспособления для протезирования. Среди изобретений Фошара, пациентами которого были Людовик XV и маркиза Помпадур, - прообраз современной металлокерамики (он надевал золотой колпачок на зуб из слоновой кости и покрывал золото слоем обожженной эмали из фарфора) и зубов на штифтах (золотой штифт вставлялся в отверстие, сделанное в челюстных костях).

Так что красавицы эпохи рококо уже могли быть спокойны за свою улыбку. И не только за улыбку: руки, выдающие возраст, скрывали перчатками, стройная талия и прямая спина достигались с помощью корсета.

Но вот что и им, и их предшественницам не давало покоя с момента появления декольте, – состояние бюста, которое, увы, также бессовестно выдавало возраст дамы. А о пластической хирургии и мечтать было нечего, ибо даже для более насущных целей хирургов катастрофически не хватало.

Так что приходилось выкручиваться с помощью вшиваемых в корсаж шелковых и хлопчатобумажных подушечек – прообразов подкладок Wonderbra. Соблазнительницы Возрождения уже не гнушались восковыми прелестями (в изготовлении которых весьма преуспели венецианские мастера). А чуть позже дамы, которым не посчастливилось иметь желаемые формы, обращались к помощи технической мысли. Как пишет Э.Фукс в "Истории нравов", в лондонском журнале 1790 года говорилось: "Значительная часть женского бомонда, которой природа не дала пышного бюста, прибегает к искусственному, сделанному из кожи телесного цвета с нарисованными прожилками. Особая пружина позволяет ему ритмически вздыматься и опускаться".

И, конечно, во все времена ценилось молодое гладкое лицо. Но какими бы чудесными свойствами ни обладали кремы, мази и притирания, возраст плюс неблагоприятные факторы делали свое черное дело. Каждая дама – и каждая эпоха - видели решение этой проблемы по-своему. Шелковыми масками, закрывающими больше, чем пол-лица, обзаводились для выходов в свет красавицы XIV века. Так, Диана де Пуатье, фаворитка короля Анри II, с 50 лет носила в свете маску, чтобы никто не видел, что стало с ее красотой, названной Брантомом "совершенной". Кроме того, выручало колеблющееся пламя свечей по вечерам. А на улице дамы нередко прикрывали лицо вуалью – вовсе не из-за стыдливости или склонности к восточным обычаям.

Но только эти методы не годились уже к концу XVII века, когда, сверкающая холодной позолотой, зеркалами и бриллиантами, эпоха Людовика XIV, а затем почти весь XVIII век закружились в вихре нескончаемого наслаждения.

Мало было скрыть возраст, надо было казаться вечно юным и полным жизни.

Тогда в моду вошли пышные парики, под которыми "свои" волосы туго заплетались в многочисленные косички и закреплялись, "натягивая" кожу лица.

Кроме пудры и румян для маскировки недостатков кожи использовались мушки, как нельзя кстати вошедшие в моду.

В критических случаях на помощь приходили пламперы - подушечки из пробки или хлопчатобумажной ткани, придающие лицам нежную округлость юности, а щекам – приятную пухлость. Их держали во рту для коррекции овала лица. Представляю, как нелегко было при этом вести остроумную беседу! Тогда, видимо, и родилась французская присказка: "будь красивой и молчи!"

Еще одним признаком молодости были яркие губы. И чтобы подчеркнуть их свежий цвет, дамам в давние времена приходилось проделывать хитрую манипуляцию. Дело в том, что помадой тогда было принято пользоваться мужчинам. От них не отставали куртизанки и артистки. А порядочным женщинам – и думать об этом было нельзя. Но именно они изобрели то, что можно назвать праматерью татуаж-окраски губ. Бралась щепотка хны, заливалась двумя наперстками кипящей воды, добавлялось несколько капель гвоздичного или оливкового масла, и тонкой кисточкой теплая масса тщательно наносилась на губы, а через четверть часа смывалась. И губы в течение суток были цвета спелых вишен – без опасности оставить предательский след… на краю бокала, естественно.

И хотя XVIII век был влюблен в изящество Восточной Азии – от этой любви и родился стиль "шинуазри" - в Европе тогда не прижилась японская традиция рисовать брови на набеленном лице. О наращивании бровей приходилось только мечтать, но красавицы (и красавцы) рококо не унывали, а лихо лепили себе густые шелковистые брови, сшитые из…мышиных шкурок.

Разумеется, при использовании такого богатого арсенала средств не могло не возникнуть забавных случаев, когда алчущая удовольствий старушенция выдавала себя за юную красотку и дурачила незадачливого кавалера или целое общество.

Немало таких курьезов описано в итальянских, английских и французских романах того времени. А в Англии был принят закон, позволяющий мужчине немедленно развестись, если жена его склонила к женитьбе посредством обмана – под обманом подразумевались, в том числе, косметические средства и прочие "хитроумные приспособления".

Теги: